Аутовоспалительный перикардит

Статья подготовлена и отрецензирована Д-р Лука Моретти

Аутовоспалительный перикардит — это воспаление перикарда, при котором ведущую роль играет нерегулируемая активация врождённого иммунитета. Он может быть проявлением определённого системного заболевания, например периодического лихорадочного синдрома, либо описывать фенотип рецидивирующего перикардита с выраженным воспалительным ответом и чувствительностью к блокаде интерлейкина-1. Эти две ситуации биологически связаны, но не эквивалентны в диагностическом, генетическом и прогностическом отношении.

Диагноз не следует выводить просто из отрицательных аутоантител или ответа на препарат. Необходимо подтвердить перикардиальное заболевание, исключить альтернативные причины и установить, существует ли системный синдром. Аутоиммунный перикардит имеет другое диагностическое обрамление, часто связанное с заболеваниями соединительной ткани или васкулитами, тогда как при рецидивирующем перикардите термин прежде всего описывает временной характер течения. Сам по себе рецидив не доказывает моногенный дефект.

Смысл аутовоспалительной классификации состоит в том, чтобы связать эпизоды с механизмом и, когда возможно, с распознаваемым заболеванием. Это позволяет выстроить профилактику обострений, снизить зависимость от кортикостероидов и наблюдать системные осложнения, не свойственные обычному изолированному перикардиту. Терапию следует строить на клиническом фенотипе и качестве доказательств для конкретного состояния.

Этиология, связанные синдромы и значение фенотипа

Семейная средиземноморская лихорадка связана с вариантами гена MEFV, кодирующего пирин. Приступы сопровождаются лихорадкой и серозитом, чаще перитонеальным или плевральным; поражение перикарда возможно, но не является доминирующим проявлением. Семейный характер, раннее начало, повторные абдоминальные приступы и артрит могут направлять подозрение. Происхождение из популяции с более высокой распространённостью повышает вероятность, но не является обязательным условием и не заменяет клиническую оценку.

TRAPS, периодический синдром, связанный с рецептором фактора некроза опухоли, обусловлен вариантами TNFRSF1A и может проявляться длительными эпизодами лихорадки, мышечной боли, кожных проявлений и серозита. К другим заболеваниям относятся дефицит мевалонаткиназы, связанный с MVK, и криопирин-ассоциированные периодические синдромы, часто связанные с NLRP3. Частота и значение перикардита различаются между этими состояниями: существование общего воспалительного пути не даёт оснований считать их сердечные проявления одинаковыми.

Болезнь Стилла включает системные формы с ювенильным началом и формы взрослых. Лихорадка, сыпь, артрит и выраженное системное воспаление могут сопровождаться плевроперикардитом. Клиническая картина требует исключения инфекций, новообразований и других причин лихорадки и гиперферритинемии. При тяжёлом течении миокардит или синдром активации макрофагов могут стать важнее серозита. Поэтому наличие перикардита не должно ограничивать лечение только сердцем, когда имеется полиорганное заболевание.

Среди приобретённых форм синдром VEXAS связан с соматическими вариантами UBA1 и может входить в дифференциальную диагностику у взрослого с персистирующим воспалением, цитопениями или макроцитарной анемией, хондритом и другими системными проявлениями. Искать его без разбора при каждом перикардите не следует. Его значение состоит в демонстрации того, что аутовоспаление может возникать из приобретённого кроветворного клона без семейного анамнеза и требовать гематологической оценки, отличной от классических наследственных синдромов.

При идиопатическом рецидивирующем перикардите лихорадка, повышение С-реактивного белка, выпот и рецидивы во время снижения стероидов могут формировать воспалительный фенотип, совместимый с ролью интерлейкина-1. Клинические и генетические исследования подтверждают перекрытие с аутовоспалением, однако у большинства пациентов нет необходимости и возможности выявить одну причинную мутацию. Термин «идиопатический» остаётся корректным, если обследование не выявляет системного заболевания, даже если терапевтически значимый механизм охарактеризован лучше.

Провоцирующие факторы могут включать интеркуррентные инфекции, физический стресс и изменения терапии, причём связи различаются между пациентами и синдромами. Триггер не равнозначен биологической причине и не доказывает персистирующую инфекцию перикарда. Временная реконструкция должна различать первый эпизод, ремиссии и повторные активации, проверяя, действительно ли каждый эпизод является перикардиальным. Такая точность предотвращает превращение последовательности разнородных болей в грудной клетке в неподтверждённый генетический или иммунологический диагноз.

Патогенез и патофизиология стерильного воспаления

Врождённый иммунитет распознаёт микробные сигналы и сигналы клеточного повреждения посредством рецепторов и внутриклеточных систем. При аутовоспалительных состояниях порог активации или способность выключать ответ могут быть нарушены, что приводит к избыточному образованию медиаторов даже без активной инфекции. Перикард может становиться одной из мишеней ответа, но тот же биологический путь способен вовлекать кожу, суставы и другие серозные оболочки. Распределение по органам зависит от заболевания и не может быть предсказано только по названию вовлечённого цитокина.

Инфламмасома — комплекс, способствующий активации каспазы-1 и созреванию таких цитокинов, как интерлейкин-1 бета. Экспериментальные данные о системе NLRP3 помогают объяснить усиление перикардиального воспаления. Однако не все синдромы обусловлены мутацией NLRP3: пирин и другие регуляторные пути могут сходиться на сходных медиаторах. Единая модель действия препаратов не должна стирать молекулярные различия между заболеваниями или превращать экспериментальную модель в индивидуальный диагностический тест.

Интерлейкин-1 способствует активации эндотелия, привлечению лейкоцитов и острофазовому ответу. Повреждение тканей может высвобождать дополнительные сигналы, поддерживающие воспалительный контур даже после исчезновения исходного стимула. Различие между интерлейкином-1 альфа и бета имеет фармакологическое значение, поскольку доступные препараты действуют неодинаково. Клинический ответ на блокаду пути подтверждает его функциональную роль, но не является доказательством конкретного генетического варианта или определённого наследственного синдрома.

В перикарде отёк и экссудация нарушают скольжение листков и могут вызывать боль, шум трения и выпот. Интенсивность боли не отражает непосредственно объём жидкости; очень болезненный серозит может сопровождаться минимальным количеством выпота. Повышение внутриперикардиального давления, напротив, зависит от скорости накопления и растяжимости перикарда. Тампонада, хотя и не является типичным исходом каждого эпизода, остаётся возможной и требует самостоятельного гемодинамического ведения независимо от иммунологического механизма.

Субклиническое сохранение воспаления может способствовать рецидиву, если лечение снижается до достижения достаточного контроля. Лабораторные маркеры, симптомы и изображения не обязательно нормализуются одновременно. При системных синдромах персистирующее воспаление между приступами может иметь и вне-сердечные последствия, прежде всего через длительно повышенную продукцию сывороточного амилоида A. Этот риск относится к конкретным заболеваниям и не должен автоматически приписываться идиопатическому рецидивирующему перикардиту, где клиническая нагрузка чаще определяется рецидивами и терапией.

Фиброз перикарда не является обязательным следствием многочисленных эпизодов. При идиопатических формах риск констрикции обычно невысок, тогда как прогноз системных синдромов зависит также от других органов. Стойкое ограничение наполнения всё же требует функциональной визуализационной проверки. Сопутствующий миокардит изменяет риск аритмий и желудочковой дисфункции и должен распознаваться отдельно, поскольку контроль перикардиальной боли не гарантирует разрешения миокардиального повреждения.

Клинические проявления и направленный анамнез

Перикардиальная картина включает боль, связанную с дыханием или положением тела, шум трения, электрокардиографические изменения и возможный выпот. Лихорадка и повышение воспалительных показателей могут быть выраженными, но не специфичны для аутовоспаления. Течение может быть острым, непрерывным или рецидивирующим. Необходимо отличать новое обострение после ремиссии от симптомов, которые никогда полностью не исчезали, поскольку естественное течение, интерпретация ответа и решения о поддерживающей терапии зависят и от этого временного различия.

Тщательный анамнез приступов фиксирует возраст первого эпизода, длительность лихорадки, бессимптомные интервалы, одновременные симптомы и результаты исследований во время обострений. Абдоминальные приступы, плеврит, артрит, миалгии или сыпь могут на годы предшествовать распознаванию сердечного поражения. Длительность приступов помогает дифференцировать синдромы, но не является абсолютным правилом. Клинический дневник с температурой, препаратами и объективными проявлениями может сделать периодичность более заметной, чем неточное ретроспективное воспоминание.

Семейный анамнез включает повторные лихорадки, серозиты, необъяснимую почечную недостаточность и диагноз амилоидоза. Полезно уточнять также кровное родство и происхождение, не сводя подозрение к этнической метке. Отсутствие семейных случаев не исключает генетическое заболевание из-за вариабельной пенетрантности, вариантов de novo или мозаицизма; при приобретённых соматических формах обычная семейная передача вообще не ожидается. Генеалогические данные направляют консультирование, но не подтверждают и не исключают диагноз сами по себе.

При болезни Стилла ежедневная лихорадка, сыпь, связанная с температурными пиками, боль в горле и артрит могут сопровождать серозит. Ухудшение с цитопениями, печёночной дисфункцией, коагулопатией или очень высоким ферритином требует учитывать синдром активации макрофагов. Его распознавание не должно ожидать идеальной классификации перикардита. Аналогично, неврологические проявления, снижение слуха или другие характерные признаки могут указывать на иной системный синдром и требовать специальных исследований, выходящих за рамки эхокардиографии.

Ответ на лечение даёт информацию при условии, что известны доза, длительность, приверженность и цели терапии. Рецидивы при снижении стероидов не доказывают автоматически устойчивость к колхицину, если последний принимался неправильно или плохо переносился. Быстрый ответ на препарат против интерлейкина-1 не отменяет необходимости пересматривать диагноз и инфекционные причины при появлении новых проявлений. Терапевтическое течение следует интерпретировать как часть клинической истории, не превращая его в самодостаточный этиологический критерий.

При объективном обследовании оценивают гемодинамическую стабильность, яремные вены, шум трения и дыхательные признаки, а также кожу, суставы, лимфатические узлы и органомегалию. Несоразмерная тахикардия, гипотония, олигурия и нарастающая одышка требуют срочной эхокардиографии. У пациента, уже получающего иммуномодуляцию, новая лихорадка может быть инфекционной, даже если предыдущие эпизоды были стерильными. Диагностическая открытость должна сохраняться: наличие аутовоспалительного заболевания не делает каждый последующий лихорадочный эпизод обострением того же состояния.

Диагностика перикардита, дифференциальный поиск и генетическая оценка

Первая задача — подтвердить воспаление. ЭКГ, эхокардиография и острофазовые маркеры дополняют клиническое обследование; тропонин и функция желудочков помогают выявить миокардиальный компонент. Нормальная ЭКГ или отсутствие жидкости не исключают перикардит, тогда как небольшой изолированный выпот недостаточен для диагноза. МРТ может уточнить отёк и перикардиальное контрастирование при сомнительных или рецидивирующих случаях, дополняя данные, но не заменяя клиническую оценку текущей активности.

Воспалительный профиль включает общий анализ крови, С-реактивный белок и СОЭ, а при соответствующем системном вопросе — ферритин или сывороточный амилоид A. Результаты следует сравнивать во время приступа и ремиссии. Повышенный маркер может быть обусловлен инфекцией, новообразованием или иным воспалением; нормальный показатель на фоне терапии не доказывает отсутствия заболевания. Функция почек и печени и анализ мочи помогают выявлять сопутствующее органное поражение и определять безопасность последующей фармакотерапии.

Дифференциальная диагностика включает туберкулёз, бактериальные или вирусные инфекции в зависимости от контекста, новообразования и аутоиммунные заболевания. Выбранные аутоантитела могут быть полезны при признаках заболевания соединительной ткани, но их отрицательность не подтверждает аутовоспаление. Лихорадка, нейтрофилёз и повышенный ферритин не исключают инфекцию. Перед цитокиновой блокадой необходимо обследование, соответствующее риску, особенно при значительном выпоте, иммунодепрессии, эпидемиологических экспозициях или симптомах, отличающихся от предыдущих эпизодов.

Генетическое консультирование особенно уместно при раннем начале, семейном анамнезе, периодической лихорадке, множественных серозитах или синдромных проявлениях. Исследовать без разбора все варианты при каждом рецидиве не показано. Направленная панель может включать MEFV, TNFRSF1A, MVK и NLRP3 в зависимости от фенотипа; в других сценариях рассматривается специфический поиск, например UBA1. Выбор образца и методики особенно важен при мозаицизме, когда стандартный метод может не выявить вариант, присутствующий лишь в части клеток.

Интерпретация вариантов должна различать патогенные изменения, варианты с неполной пенетрантностью и варианты неопределённого значения. Генетический результат, не согласующийся с фенотипом, не должен автоматически становиться объяснением картины. И наоборот, отрицательный поиск не исключает все возможности аутовоспалительного заболевания, поскольку технические и биологические ограничения не тождественны отсутствию процесса. Результат следует обсуждать со специалистами, не превращая случайную находку в окончательный семейный диагноз.

Классификационные критерии периодических синдромов или болезни Стилла могут систематизировать информацию, но не взаимозаменяемы с индивидуальным диагнозом и не доказывают наличие перикардита. Перикардиоцентез и биопсия выполняются по клиническим, гемодинамическим и этиологическим показаниям; обычная воспалительная гистология редко идентифицирует аутовоспалительный синдром. Диагностический путь должен завершаться уточнением: имеется ли определённое системное заболевание, подозрение, требующее дальнейшего уточнения, или рецидивирующий перикардит с воспалительным фенотипом без доказанной моногенной этиологии.

Оценка активности и традиционная терапия

До выбора стратегии необходимо измерить бремя заболевания: число документированных эпизодов, их длительность, госпитализации, суммарную дозу кортикостероидов и ограничение повседневной жизни. Число сообщаемых болей в грудной клетке не обязательно равно числу воспалительных рецидивов. При системных синдромах дополнительно учитывают активность между приступами и органное поражение. Цели включают контроль текущего эпизода, профилактику повторных активаций и снижение токсичности, а не только временную нормализацию температуры.

При перикардиальном эпизоде аспирин или НПВП и колхицин остаются основой терапии, когда они уместны и не противопоказаны. Лечение должно проводиться в противовоспалительной дозе и достаточной длительности с последующим снижением после клинического и объективного контроля. Функция почек, желудочно-кишечный риск и лекарственные взаимодействия могут требовать изменений. При рецидивирующем перикардите колхицин обычно продолжают не менее шести месяцев с индивидуальным продлением; эта стратегия не равнозначна постоянной профилактике, необходимой при некоторых системных аутовоспалительных заболеваниях.

При семейной средиземноморской лихорадке ежедневный колхицин принципиально важен для предотвращения приступов и повреждения от персистирующего воспаления, включая AA-амилоидоз. Его не следует принимать только при появлении боли. До констатации резистентности проверяют приверженность, максимально переносимую дозу, взаимодействия и остаточную активность; непереносимость и неэффективность — разные проблемы. Продолжение колхицина может оставаться показанным и при добавлении биологического препарата по специализированному плану, поскольку лечится системное заболевание, а не только перикард.

Кортикостероиды способны быстро контролировать воспаление, но длительное воздействие повышает риск зависимости, рецидивов при снижении дозы и накопленного вреда. При изолированном перикардите их предпочитают ограничивать, если есть альтернативы; при тяжёлых системных формах дозу определяют и другие вовлечённые органы. Снижение должно быть постепенным и сопровождаться поддерживающей стратегией. Повторение коротких курсов высоких доз без профилактического плана может создавать чередование быстрого улучшения и повторной активации, увеличивая общую нагрузку заболевания.

Болезнь Стилла требует системного подхода, в котором современные рекомендации придают значение раннему контролю путей интерлейкина-1 или интерлейкина-6 и снижению стероидной нагрузки. Выбор зависит от фенотипа и осложнений. Синдром активации макрофагов — отдельное неотложное состояние, а не просто перикардит, устойчивый к колхицину. Другие периодические синдромы также требуют собственных схем: препарат, эффективный при семейной средиземноморской лихорадке, не обязательно достаточен при TRAPS или дефиците мевалонаткиназы.

Мониторинг перед эскалацией включает подтверждение активного воспаления, поиск релевантных инфекций, общий анализ крови и оценку функции органов. Следует учитывать вакцинацию, беременность или репродуктивные планы и сопутствующую терапию. Тампонаду при наличии показаний лечат декомпрессией, не ожидая иммунологического ответа. Механический и воспалительный контроль дополняют друг друга: дренирование не устраняет предрасположенность к рецидивам, а препарат, эффективно блокирующий цитокиновый путь, не гарантирует достаточно быстрой декомпрессии у нестабильного пациента.

Блокада интерлейкина-1 и ведение рефрактерных форм

Цитокиновая блокада особенно обоснована при рецидивирующих формах с документированной воспалительной активностью, резистентностью к колхицину или зависимостью от кортикостероидов после адекватного исключения инфекций. Отбор не должен основываться только на субъективной интенсивности боли. Исследования AIRTRIP и RHAPSODY и регистр IRAP изменили ведение отобранных пациентов, но не доказали, что любая перикардиальная боль или любой наследственный синдром одинаково отвечает на один и тот же препарат с тем же соотношением пользы и риска.

Анакинра антагонизирует рецептор интерлейкина-1. У взрослых с рецидивирующим перикардитом она обычно изучалась в дозе 100 мг подкожно ежедневно с коррекцией в зависимости от массы тела, функции почек и клинического контекста. При тяжёлой почечной недостаточности требуется особое внимание к интервалу введения. Необходимо контролировать местные реакции, инфекции, гематологические и печёночные изменения. Клиническое показание, регуляторное разрешение и доступность не являются синонимами: применение должно происходить в специализированном маршруте, соответствующем местным условиям.

Рилонацепт связывает интерлейкин-1 альфа и бета посредством белка слияния. В ключевом исследовании схема для взрослых включала нагрузочную дозу 320 мг, затем 160 мг еженедельно. Дизайн с начальной фазой лечения и последующей рандомизацией ответивших пациентов поддерживает эффективность в поддержании ответа у отобранной популяции; он не доказывает эквивалентность анакинре и не позволяет упрощённо сравнивать проценты из разных исследований. Инфекции, реакции в месте инъекции и липидный профиль входят в мониторинг.

Канакинумаб, направленный против интерлейкина-1 бета, имеет клинические данные при периодических лихорадочных синдромах, включая фенотипы семейной средиземноморской лихорадки, резистентные к колхицину, TRAPS и дефицит мевалонаткиназы. Эти результаты относятся к контролю системного заболевания и не равнозначны крупному специальному исследованию идиопатического рецидивирующего перикардита. Поэтому выбор между препаратами должен исходить из диагноза и релевантных доказательств, а также учитывать возраст, сопутствующие заболевания, способ введения и возможности мониторинга.

Продолжительность терапии не определяется универсальным числом месяцев. Начальный ответ может быть быстрым, тогда как поддерживающее лечение и снижение требуют клинической стабильности и объективного контроля. Резкая отмена может способствовать рецидиву у пациентов, всё ещё зависимых от блокады пути. Наблюдательные данные о схемах снижения не следует превращать в индивидуальную гарантию. Снижение кортикостероидов и других препаратов координируют так, чтобы определить реальную терапевтическую потребность без провоцирования предотвратимых обострений.

При отсутствии ответа пересматривают диагноз, дозу, приверженность и наличие воспаления. Интеркуррентная инфекция, невоспалительная боль и неконтролируемое системное заболевание требуют разных решений. Эмпирическое сочетание нескольких биологических препаратов не является стандартным решением и может повышать инфекционный риск. Пациент с определённым генетическим синдромом, VEXAS или осложнённой болезнью Стилла может нуждаться в терапии основного заболевания, тогда как при изолированном перикардите без объективной активности прежде всего следует избегать эскалации без доказанной мишени.

Прогноз, осложнения и долгосрочное наблюдение

Сердечный прогноз при идиопатических рецидивирующих формах часто благоприятен с точки зрения риска постоянного структурного повреждения, однако бремя рецидивов, боли и терапии может быть значительным. Прогноз системного синдрома нельзя выводить из прогноза изолированного перикардита. Поражение миокарда, почечное заболевание, персистирующее воспаление и гематологические осложнения могут определять исход даже при небольшом выпоте. Поэтому наблюдение должно отдельно оценивать контроль перикарда и общий контроль заболевания.

AA-амилоидоз является осложнением длительного воспаления при некоторых аутовоспалительных синдромах и особенно значим при недостаточно контролируемой семейной средиземноморской лихорадке. Протеинурия и нарушения функции почек требуют оценки; сывороточный амилоид A может участвовать в мониторинге, если исследование доступно и уместно. Этот риск не следует обобщать на любого пациента с рецидивирующим перикардитом. Профилактика основана на постоянном контроле заболевания и приверженности, а не только на лечении болезненных эпизодов.

Синдром активации макрофагов требует внимания при болезни Стилла и в других подходящих контекстах. Персистирующая лихорадка, цитопении, поражение печени и коагулопатия требуют быстрого обследования, особенно если течение отличается от привычных обострений. Ферритин — часть картины, а не самостоятельный диагноз. Поражение сердца может сопровождать критическое системное состояние, требующее срочного мультидисциплинарного ведения без ожидания динамики выпота или появления гемодинамических критериев тампонады.

Лекарственные осложнения включают токсичность колхицина, вред от кортикостероидов и инфекции при иммуномодуляции. Персистирующая диарея, мышечная слабость, цитопении или печёночные нарушения требуют пересмотра доз и взаимодействий. Профилактический контроль должен быть индивидуализирован и документирован. Новая лихорадка на фоне цитокиновой блокады может проявляться иначе, чем до терапии; ни умеренный лабораторный ответ, ни ранее установленный аутовоспалительный диагноз не должны задерживать поиск клинически вероятной инфекции.

Перикардиальное наблюдение использует симптомы, объективное обследование, лабораторные маркеры и эхокардиографию в зависимости от тяжести. МРТ может быть полезна при сохраняющемся несоответствии данных или сложном решении о снижении терапии, но не требуется всем через фиксированные интервалы. Остаточное контрастирование, боль и активное воспаление не являются полными синонимами. Возвращение к физической активности планируют после контроля эпизода с учётом возможного миокардиального повреждения, которое требует иной оценки риска.

Преемственность наблюдения особенно важна при наследственных заболеваниях, включая семейное консультирование и организованный переход из педиатрической во взрослую службу, когда это необходимо. Общий план определяет базисную терапию, действия при обострениях и признаки, требующие досрочной оценки. Качество жизни, сон, участие в работе или учёбе и нагрузку от инъекций следует учитывать наряду с биомаркерами. Успех лечения заключается в поддержании устойчивой ремиссии, предупреждении повреждения и рецидивов при соразмерной терапевтической нагрузке.

Библиография
1. Schulz-Menger J et al. 2025 ESC Guidelines for the management of myocarditis and pericarditis. European Heart Journal. 2025;46(40):3952-4041.
2. Klein AL et al. Pericardial Diseases: International Position Statement on New Concepts and Advances in Multimodality Cardiac Imaging. JACC: Cardiovascular Imaging. 2024;17(8):937-988.
3. Adler Y et al. 2015 ESC Guidelines for the diagnosis and management of pericardial diseases: The Task Force for the Diagnosis and Management of Pericardial Diseases of the European Society of Cardiology (ESC). Endorsed by: The European Association for Cardio-Thoracic Surgery (EACTS). European Heart Journal. 2015;36(42):2921-2964.
4. Peet CJ et al. Pericarditis and Autoinflammation: A Clinical and Genetic Analysis of Patients With Idiopathic Recurrent Pericarditis and Monogenic Autoinflammatory Diseases at a National Referral Center. Journal of the American Heart Association. 2022;11(11):e024931.
5. Mauro AG et al. The Role of NLRP3 Inflammasome in Pericarditis: Potential for Therapeutic Approaches. JACC: Basic to Translational Science. 2021;6(2):137-150.
6. Ozen S et al. EULAR/PReS endorsed recommendations for the management of familial Mediterranean fever (FMF): 2024 update. Annals of the Rheumatic Diseases. 2025;84(6):899-909.
7. Romano M et al. The 2021 EULAR/American College of Rheumatology points to consider for diagnosis, management and monitoring of the interleukin-1 mediated autoinflammatory diseases: cryopyrin-associated periodic syndromes, tumour necrosis factor receptor-associated periodic syndrome, mevalonate kinase deficiency, and deficiency of the interleukin-1 receptor antagonist. Annals of the Rheumatic Diseases. 2022;81(7):907-921.
8. Fautrel B et al. EULAR/PReS recommendations for the diagnosis and management of Still’s disease, comprising systemic juvenile idiopathic arthritis and adult-onset Still’s disease. Annals of the Rheumatic Diseases. 2024;83(12):1614-1627.
9. Beck DB et al. Somatic Mutations in UBA1 and Severe Adult-Onset Autoinflammatory Disease. New England Journal of Medicine. 2020;383(27):2628-2638.
10. Imazio M et al. A randomized trial of colchicine for acute pericarditis. New England Journal of Medicine. 2013;369(16):1522-1528.
11. Brucato A et al. Effect of Anakinra on Recurrent Pericarditis Among Patients With Colchicine Resistance and Corticosteroid Dependence: The AIRTRIP Randomized Clinical Trial. JAMA. 2016;316(18):1906-1912.
12. Imazio M et al. Anakinra for corticosteroid-dependent and colchicine-resistant pericarditis: The IRAP (International Registry of Anakinra for Pericarditis) study. European Journal of Preventive Cardiology. 2020;27(9):956-964.
13. Klein AL et al. Phase 3 Trial of Interleukin-1 Trap Rilonacept in Recurrent Pericarditis. New England Journal of Medicine. 2021;384(1):31-41.
14. De Benedetti F et al. Canakinumab for the Treatment of Autoinflammatory Recurrent Fever Syndromes. New England Journal of Medicine. 2018;378(20):1908-1919.
15. European Medicines Agency. Kineret: European public assessment report and product information. European Medicines Agency. б. д. Официальный онлайн-ресурс. Проверено 26 сентября 2026 г. https://www.ema.europa.eu/en/medicines/human/EPAR/kineret.
16. U.S. National Library of Medicine. COLCHICINE tablet, film coated: prescribing information. DailyMed. б. д. Проверено 26 сентября 2026 г. https://dailymed.nlm.nih.gov/dailymed/drugInfo.cfm?setid=50b9c910-49a3-4a57-80f5-dc36c09da4df.
17. Imazio M et al. Risk of constrictive pericarditis after acute pericarditis. Circulation. 2011;124(11):1270-1275.
18. Brucato A et al. Interleukin-1 Trap Rilonacept Improved Health-Related Quality of Life and Sleep in Patients With Recurrent Pericarditis: Results From the Phase 3 Clinical Trial RHAPSODY. Journal of the American Heart Association. 2022;11(20):e023252.